Светлана Кузнецова: Нас стали больше проверять на допинг

Победительница турнира 2009 года Светлана Кузнецова одержала первую трудовую победу на своем любимом «Ролан Гаррос». Светлана обыграла Ярославу Шведову, которая родилась в Москве, но играет за Казахстан. В этом сезоне первая ракетка России переживает очередное возрождение, и впервые за последние пять лет приближается к законному месту в десятке.

– Форму оцениваю как хорошую, – сразу порадовала Света. – Сейчас главная задача – справиться с нервами, потому что на «Ролан Гаррос» я волнуюсь больше, чем на других турнирах. Играю хорошо. Немного бы пораскрепощенней.

– Матч начался в воскресенье, закончился в понедельник. Два дня и три сета.
– Ярослава не самый легкий соперник, и тяжелые от дождя мячи лучше подходят ее отличной подаче. Кто дальше попадется, не знаю – сетку никогда не смотрю. Вообще больших планов здесь не строю, играю матч за матчем.

– Вы в этом сезоне в третий раз обыграли Серену Уильямс. Вообще, половина ваших матчей с ней – трехсетовики.
– Мне сложно проходить первый-второй круг. Когда же я вкатываюсь в турнир, то у меня все идет хорошо.

– В связи с последними событиями, меня все спрашивают, не болит ли у меня сердце.
– Да, многие шутят на тему мельдония. На самом деле, все были в шоке. Большинство, думаю, понимает, что случайно все получилось, допустим, у той же Марии Шараповой. Как дальше будет, не знаю, но, на мой взгляд, нас стали больше проверять.

– Это ведь препарат, который помогает переносить большие тренировочные объемы.
– Я не доктор, но знаю много людей, которые к спорту даже никакого отношения не имеют, но его принимали от сердца. В любой клинике этот аппарат прописывают, как обычное лекарство.

– За всем уследить самой невозможно.
– Если у меня что-то болит, или насморк, а мне советуют: «Закапай в нос капли», я сразу спрашиваю: «Какие?» Потому что боюсь принять что-то не то, мне реально страшно. В детском сиропе, например, содержится эфедрин. У меня была такая история…

– То есть детям можно, а вам – нет.
– Да. Нам можно только «Эдвил». Мы даже смеемся: «От поноса, золотухи, от всего – один «Эдвил». Я по любому крему для кожи иду консультироваться к врачу. Только фармацевт может знать, в каком препарате что содержится, какой запрещенный элемент. Я помню операцию делала, мне надо было заполнить десять листов, им еще послать, а потом приходит ответ: «В этом ничего не содержится, но мы тебе не гарантируем». Так что я вообще ничего не понимаю. Знаю девочек, у которых проблемы с лицом, на всю жизнь кожа останется проблемной, но они не могут сделать очищение крови, потому что это запрещено.

– С Марией Шараповой созванивались в последнее время?
– Я в прессе сразу высказалась. Думаю, Маша знает мое отношение. Ко мне ее агент потом подходил и благодарил за поддержку. Я всегда говорю свое мнение, как оно есть.

– Вас не удивила резкая реакция некоторых игроков WТА?
– Я просто в шоке от таких комментариев. Мне же за кулисами тоже приходится слушать, что говорят. Это ужас.

– А как же цеховая солидарность?
– Какая солидарность?! Вы о чем? В лицо улыбаются, а отвернешься – в спину стреляют. Как и везде, у нас есть хорошие люди, а есть те, кто завидует.

– Про Олимпийские игры уже думаете?
– На Олимпиаду я вроде бы попадаю: сыграла все матчи Кубка Федерации, по рейтингу прохожу. Вроде, все хорошо. Но правил у нас никто, как я поняла, не знает, поэтому вообще ничего не загадываю…

– Ждете Олимпиаду?
– Мои родители очень ее ждут. Мне папа уже 505 вопросов про нее задал. Могу сказать, что я придумала дизайн олимпийской формы, но на согласование с ITF и нашим олимпийским комитетом сил не хватает. У них разные требования.

– Слышала, что вы на ТВ нарасхват.
– Скоро выходит передача «Подмосковные вечера», ведет ее Ваня Ургант (на самом деле Ургант – продюсер передачи. – Прим. ред.), вот в ней я участвовала.

– Петь не пришлось?
– Слава Богу, нет, петь там не надо. Других конкурсов было достаточно, жаль только, что они были короткими. Глюкоза – в одной команде, я – в другой, было очень прикольно и смешно.