«Хотел бы познакомиться с Дзюбой и Смоловым». Хачанов – о футболе и не только

– Как получилось, что вы начали играть в теннис в три года? 
– На самом деле, все просто – родители увидели объявление на дверях детского сада у метро «Домодедовская», где говорилось о том, что именно с трех лет там готовы заниматься с детишками теннисом. Конечно, ракетку в руки я взял не сразу – где-то лет в пять. Но многие вещи, которые заложила та школа – прежде всего, координацию движений – я потом сохранил с большой для себя пользой. Когда стал расти, то естественно, больше всего хотел играть в баскетбол. По крайней мере, в школе выступал за местную команду. И наверное, если бы не теннис, то стал бы баскетболистом. Может быть, даже в профессиональном клубе.

– Вы родом из семьи медиков. Ваши родители по профессии врачи, а люди, работающие в этой сфере, обычно стремятся сделать все, чтобы их дети пошли по их стопам…
– Так получилось, что родители к медицине меня особо не ревновали, потому как очень быстро на первом месте оказался спорт. Хотя если бы ничего не получилось в теннисе, то может быть я и пошел бы по их стопам. К тому же, помимо медицины у меня и мама, и папа – очень спортивные люди. Отец занимался волейболом, мама – теннисом и легкой атлетикой. Они мне всегда говорили, чтобы я занимался тем, к чему лежит душа. В итоге, как видите, теннис победил медицину, и я, честно говоря, об этом не жалею.

– Вы обучались в московской специализированной школе «Созвездие». Чему конкретно вас там учили?
– Эта школа с углубленным изучением иностранных языков, расположенная недалеко от метро «Красногвардейская». Я там учился до 10-го класса, и она мне дала очень хорошую подготовку по английскому языку. Учил еще немецкий, но, к сожалению, нет с этим языком практики, поэтому, откровенно признаюсь, я его почти забыл.

Позднее мы переехали жить к метро «Сокол». Вроде бы, школьный опыт уже в прошлом остался, но не забывайте, что у меня в семье практически все взрослые очень тесно связаны с английским языком – бабушка и дедушка работали переводчиками, мама – переводчица английского языка на уровне синхрона. Ее часто привлекают к работе на различных переговорах наши и зарубежные компании. 

– Вам удалось одолеть Джоковича в финале в Париже, но все свои матчи с Надалем и Федерером вы пока проиграли. На уровне ощущений – чем отличаются матчи против ребят из «Биг-3» и остальных соперников?
– Со стороны трудно что-то особенное выделить у этой тройки. Но точно можно сказать, что это супер-теннисисты. Против которых, тем не менее, можно вполне играть – и даже успешно. Мне, к примеру, проще играть против Джоковича и Надаля, потому что они примерно одинаково действуют в защите, и если ты сразу даешь слабину, то они тебя просто размазывают по корту – не жалеют ничуть. А Федерер – другой. Он стремится выигрывать очки головой, может в два-три удара провести красивую комбинацию, и самое главное – не знаешь, когда и что против тебя он на корте придумает. 

Плюс под Федерера мне лично труднее подстроиться, потому что даже на среднем уровне он играет на голову выше соперников. А если у него получается играть под настроение, то иногда просто не знаешь, что делать. Но, опять-таки, и играть, и выигрывать у них можно – здесь все зависит уже от моей формы и моей готовности. 

– Вне зависимости от текущего рейтинга – кто самый сильный теннисист в мире?
– Я думаю – Федерер. Какое бы он место не занимал в данный момент. Роджер – как великий музыкант, который играет на супер-инструменте, когда берет в руки ракетку. Потрясающе, что он так долго держит великолепную форму, и с ним не могут справиться даже сильнейшие игроки мира, не говоря уж о середняках. Такие люди очень редко появляются в спорте, и это огромное удовольствие, что есть шанс против такого человека вживую сыграть.

– Вас причисляют к так называемому «молодому поколению звезд», которое пока никак не может выйти из тени более опытных и именитых ветеранов. Когда вы лично планируете свергнуть с пьедестала кого-то из сильнейших? 
– Ну, вроде бы, с виду все просто – надо «стариков» брать и обыгрывать. Вот Джоковича у меня победить уже разок получилось. Но это легче сказать, чем сделать. Конечно, молодым игрокам надо постепенно вытеснять первую тройку с ведущих позиций. Но парни из «Биг-3» упорно сопротивляются, и титулы, как вы видите, просто так отдавать не намерены.

С другой стороны, так или иначе, но грядет смена поколений. Одно время было поколение Сампраса и Агасси, и оно постепенно уступило место более молодым – тому же Федереру, потом Надалю, еще позднее – Джоковичу. Так и с нами произойдет – сомнений нет. Либо мы их сместим с пьедестала, либо они сами уйдут по возрасту – ну не будут же Джокович с Федерером играть в финалах Уимблдона до 50 лет?

– Вы говорили, что очень уважаете двух спортсменов – баскетболиста Леброна Джеймса и футболиста Криштиану Роналду. Что в них такого, что ими восхищаются даже далекие от мира спорта люди?
– Не знаю, как у других, но лично меня в них привлекает прежде всего огромное трудолюбие, с помощью которого они достигли таких высот в своих видах спорта. Это настоящие атлеты, какие-то профессиональные машины, которые заряжены на победу в любой момент и в любом матче. И даже при том, что они очень популярны и получают огромные деньги, они непрерывно стремятся повысить свой уровень – хотя, казалось бы, ну куда еще повышать? Но нет – у того же Роналду дома есть целый спортивный зал, где он каждый день тренируется, хотя вроде бы в футболе уже и так все умеет. 

Именно этот высшего качества профессионализм меня в этих спортсменах привлекает. Хотелось бы самому на них походить, и достичь таких же успехов.

– Насколько мне известно, вы болеете в футболе за мадридский «Реал», плюс за баскетбольную команду «Хит» из Майами. А за какие-то российские команды переживаете?
– Не то, чтобы болею, но интересуюсь, как играет московский футбольный »Спартак». Наверное, потому, что тренировался в районе Ширяева поля. Впрочем, я – не фанат. Мне больше любопытны иностранные команды – те же «Хит» и «Реал». Все-таки, согласитесь, что матчи с их участием более захватывающие и эмоциональные.

Но это не значит, что я совсем оторван от российского спорта. Мне, к примеру, понравилось, как наша сборная играла на чемпионате мира по футболу. Хотел бы лично познакомиться с Дзюбой и Смоловым. Считаю, что они в своей профессии у нас одни из сильнейших, и уверен, что если бы они раньше уехали поиграть за границу, то это им пошло бы на пользу. Другой вопрос – зарплаты в российском футболе. Вы же понимаете, что если игрокам платят даже за ту игру, которую они демонстрируют, большие деньги, то зачем им рисковать своей карьерой за границей, где нет никакой гарантии, что у них что-то получится? И что им там будут платить суммы, сопоставимые с тем, что платят в России? 

– Когда будет шанс увидеть Карена Хачанова как минимум в первой пятерке рейтинга?
– Я к этому стремлюсь, но пока мне не хватает стабильности. Так, чтобы в обычной игре с обычным соперником делать все правильно, и не давать даже малейшего шанса тому, кого я превосхожу и по рейтингу, и по классу. На самый верх у нас можно пробиться тогда, когда ты не опускаешься ниже высокого среднего уровня игры. 

То есть даже если что-то не клеится, надо все равно высокий средний уровень держать так, чтобы на каждом турнире доходить как минимум до четвертьфинала, а может быть – и до полуфинала. Если этого удастся добиться, то можно и на самые высокие позиции претендовать. По крайней мере, я настроен именно на это.