Как не потерять миллион. Теннис ждут реформы

Открытый чемпионат США запомнился не только блестящей победой Даниила Медведева, но и скандальными затяжками времени. Пока коллеги по олимпийскому цеху пытаются сделать спортивное действо более компактным и зрелищным, теннисисты растягивают матчи в жвачку-тянучку. В полуторачасовом матче игрового времени «накапает» едва на полчаса.

Пять минут медицинского тайм-аута получила Эмма Радукану на «врачевание» царапины в финале женского турнира, другие дамы тоже не отказывали себе в массажах и перебинтовках по ходу игры. Мужчины в Нью-Йорке отличились тем, что «батальонами» уходили в туалеты и раздевалки в самые критичные моменты матчей.

А что же судьи? Те лишь беспомощно хлопали глазами. Судейские права по сравнению с правами игроков сильно ограничены: современный теннис - это спорт двух победивших разногендерных профсоюзов (АТП и ВТА), где спортсмены-звезды, особенно мужчины (читай посреднические агентские компании их представляющие) диктуют условия игры, порой доводя лаун-теннис до маразма.

На контрасте с теннисом родственный ему бадминтон - спорт единого неделимого продукта: женщины, мужчины, юниоры, ветераны, клубы – все под одной объединяющей международной федерацией. И в отличие от тенниcистов численность бадминтонистов в мире непрерывно растет – сегодня в него играют 220 млн. человек. Лишь футбол имеет больший охват населения.

О переменах в спорте я поговорила с экспертами: Ларшем Графом и Торстеном Бергом. Первый – один из самых заслуженных и уважаемых судей в мировом теннисе, вице-президент АТП. Второй - не менее заслуженный и уважаемый бывший глаза Европейской федерации бадминтона, а также бывший вице-президент Мировой федерации бадминтона.

Ларш Граф: Я не знаю, почему царапина Радукану в финале Открытого чемпионата  США заняла так много времени. И никто не знает. Это сейчас дебатируется всеми. Обычные действия при царапине: промыть и наложить пластырь. Все. Это не вина игрока, не вина судьи, это медработник потратил пять минут на то, что можно решить за полминуты.

Раньше в правилах было написано: тайм аут полагается только при «острой травме», теперь по просьбе игроков убрали определение «острая». Игроки мотивируют тем, что само понятие - расплывчатое, и никто точно не может сказать, что «неотложное», а что нет. В результате последнее время в матчах стало так много медицинских перерывов. Конечно, подобные задержки в критичный момент нарушают течение матча. Есть еще одно изменение в том же ключе: если раньше решение по медицинским таймаутам принимал рефери, но теперь – решает медработник.

Не меньше обсуждались туалетные перерывы. Восьмиминутное отсутствие, как в случае с Циципасом, недопустимо. Надо ввести лимит времени. Всегда есть поблизости туалет. Если нет - поставить кабинку. Есть предложение: не уложился в 5 минут – получи предупреждение. Если пришел после шести, то предупреждение со снятием очка. Есть также правило «корректировка одежды», которым тоже злоупотребляют, потому что оно не ограничено во времени.

Торстен Берг: В бадминтоне все по-другому: если игрок получил травму, то он может вызвать рефери, который решает, нужен тут доктор или нет. Доктора вызывают на корт не для лечения, а для того, чтобы он дал совет игроку: продолжать матч или нет. Он не массажирует и не разминает мышцы. У нас на это не предусмотрено времени. Также игроку нельзя покидать площадку ни при каких обстоятельствах. Единственное, что может сделать медработник:  приклеить пластырь или применить спрей. Игра должна была непрерывной.

В девяностых годах федерация бадминтона провела сравнительное исследование матчевого времени в бадминтоне и теннисе. За четыре часа мужского финала Уимблдона зрители получили меньше игрового времени, чем за час и 15 минут мужского финала в бадминтоне. 

Ларш Граф: Да, затяжки матчей – большая проблема. Теннис теряет зрителей.  Все затягивается до невозможности: сначала пять минут разминаются, потом обязательно надо сходить в туалет, потом еще что-то и вместо обозначенного в расписании времени 13.00 получается 13.10. Для телевидения это критично. Телезритель смотрит на расписание: там стоит 13.00, он включает ТВ, а матч все не начинается, ни в 13.00 ни в 13.05. Будучи нетерпеливым, современный человек переключает канал, попадает на фильм и застревает на два часа. Когда он возвращается обратно в теннис, матч уже закончен.

Что мы сделали? Ввели правило отсчета времени между очками на корте. Многие, в том числе и Надаль, были против, но это умные люди и, если правила введут, то они приспособятся.

Торстен Берг: Наша главная задача - чтобы игра была непрерывной. Это основной закон бадминтона. Задержек между очками быть не должно. Никаких. Когда игрок перед подачей начинает тянуть время – это раздражает всех. В этом вопросе мы даем своим судьям карт-бланш и четко инструктируем, как пресекать такие действия. Конечно, это средство ментальной борьбы между игроками: один уже готов, а другой пытается сломать его концентрацию оттягивая начало розыгрыша. Мы учим наших судей создавать на корте предпосылки для честной игры. Кстати, наши бадминтонисты в этом вопросе не так уж плохи. У Международной федерации бадминтона есть рычаги влияния на игрока через национальные федерации. В теннисе ситуация другая, там правят АТП и ВТА, поэтому судьи не контролируют игру, их полномочия ограничены.

Главная задержка времени в большом теннисе происходит при сменах сторон. Трудно представить другой вид спорта, где атлет присаживается каждые пять минут игры. В хоккее, конечно, играющие звенья меняются довольно часто, но скорость игры гораздо выше, игроки на льду в постоянном движении: полотенцем никто не обтирается и клюшку не ковыряет.

Стулья на теннисных кортах появились в 1974 году. По настоянию ТВ, чтобы втиснуть две минуты рекламной вставки. До этого времени игроки, меняясь сторонами только обтирались полотенцем. За две минуты, кстати, можно и два гейма сыграть.

Стулья в бадминтоне возможны, однако, если они стоят, то на них никто не присаживается – это считается показателем слабости. Женщины и мужчины в этом вопросе едины. Присаживается лишь 37-летний индонезиец Хендра Сетиван, вторая ракетка мира в парном разряде и отец троих детей. Но ему это прощается: «Старик устал». Его 33-хлетний партнер в это время стоит рядом.

Ларш Граф:  Идеи вернуться к изначальному варианту не обсуждались. Если зрители потребуют сократить время на сменах сторон, если мы можем доказать, что на игру это оказывает деградирующее влияние, то будем обсуждать и изменять.

Торстен Берг: Да, у нас тоже есть перерывы. Две минуты отдыха, когда счет доходит до 11, а также двухминутные перерывы между сетами. Это требование ТВ. Раньше до эпохи ТВ перерыв в бадминтонном матче был один, хотя и долгий – пятиминутный перед решающим сетом.

Теннис остается единственным физически активным спортом, где от зрителей требуется тишина во время розыгрыша очка. Это тоже не прибавляет болельщиков. Большинство приходит на стадионы за эмоциями и за возможностью их открыто выражать.

Торстен Берг: У нас тоже было «правило тишины» и наши судьи постоянно призывали зрителей «Пожалуйста, потише». Мы отказались от него лет 15 тому назад. И ни разу не пожалели. Зритель принял нововведение на «ура». Как правило, публика не кричит под руку подающему. Есть, конечно, индонезийцы, они кричат нон-стоп, но в Индонезии бадминтон – единственный спорт, где они преуспели, поэтому все на нем сошли с ума. Есть хорошее средство против шума трибун – закрой глаза и сосредоточься. Сейчас у нас на стадионе и музыка играет по ходу матча и бадминтонисты на глазах приспосабливаются, улучшают свою концентрацию.

Куда будет развиваться спорт, покажет время. «Федеративный» бадминтон, как и «профсоюзный» большой теннис, оба существуют с оглядкой на ТВ. ТВ нужны короткие, не больше часа матчи с фиксированным временем начала игры – так матчи лучше встают в расписание программ. Главным теннисным турнирам, витрине этого вида спорта, на которой держится популярность и прибыльность игры ( Уимблдон, «Ролан Гаррос», Открытые чемпионаты Австралии и США) по контрасту нужны длинные матчи: им надо заполнять свои стадионы две недели турнира с утра и до вечера. Есть еще зрители, которые хотят кричать и двигаться, а не сидеть и молчать.

Как угодить и тем и другим и третьим, не выплеснув с водой ребенка, над этим будут ломать головы теоретики лаун-тенниса в ближайшее время.