Даниил Медведев: На Циципаса не обращаю внимания, хотя наши родители дружат

– Довольны жеребьевкой? – первый вопрос Медведеву после того, как стало известно, что он сыграет в пятницу во второй одиночке с белорусом Ильей Ивашко. Первыми на корт выйдут Карен Хачанов и Егор Герасимов.
– Порядок игр не так важен. Я больше доволен тем, как себя ощущаю. Из Америки вернулся почти две недели назад, так что акклиматизацию должен был пойти. И отдохнуть, думаю, тоже. Ивашко – сильный соперник. Я давно его знаю, он проводит хороший сезон. Мы пару раз тренировались, так что есть понимание – легкого матча с Ильей, скорее всего, не будет. Но если мне удастся показать свой настоящий теннис, сыграть на своем уровне, то все должно получиться. Появится немало шансов победить.

– У вас летом был насыщенный график. В том числе – девять матчей подряд в Винстоне-Салеме и на US Open…
– Это да, это было. Я в принципе сыграл пять турниров подряд. Поднаелся, конечно. Когда вернулся в Москву, старался отдохнуть. Но не забывал при этом о поддержании физической формы. Готовился одновременно и к Кубку Дэвиса, и к турниру в Питере, который стартует на следующей неделе. Вот, в пятницу проверим, насколько хорошо эта подготовка прошла.

– Из Нью-Йорка улетели сразу после поражения в третьем раунде?
– Примерно через полтора дня. Купил билеты на следующий вечер. А свободное время провел, как обычный турист, а не как спортсмен. Пока играешь на турнире, ни на что другое отвлекаться не выходит. А тут хотя бы с моей девушкой успели в ресторан сходить.

– Что не получилось в том матче с Борной Чоричем?
– Кто-то говорит, что мне не хватило настроя. Может, и так. А может, я просто устал. Как физически, так и эмоционально. Плюс важный момент – мне в принципе неудобно играть с Чоричем. Чтобы его обыгрывать, нужно повысить свой уровень. На траве – на своем любимом покрытии – разок Борну удалось одолеть. Но на харде этим летом он дважды легко со мной справился. Надо работать дальше, прогрессировать. Только тогда смогу бороться с ним более уверенно.

– Зато до Чорича вы обыграли Циципаса. Принципиальный был матч? После того, что он сказал вам в Майами?
– Возможно – только для него. Для меня – точно нет. О том, что было, не думал. Для меня эта встреча в Нью-Йорке была простым матчем, в котором тоже надо победить. С одним отличием – когда уже победил, вот это осознание успеха добавило чуть больше положительных эмоций, чем обычно.

– Вы с ним с тех пор не общаетесь?
– Мы не общались и до этого. Родители наши дружат. Часто обедают вместе. Но мы со Стефаносом – нет. Ни до Майами, ни после особо не пересекались.

– То есть общение на уровне «Привет – Пока»?
– Если честно, даже этого нету. Просто не обращаем друг на друга внимания.

– Прямо накануне US Open вы выиграли титул в Винстон-Салеме. Ожидали подобный успех?
– В теннисе, если ты не Федерер, то никогда не можешь быть уверен заранее, что выиграешь титул! – смеется Медведев. – Тем более, у меня был не самый успешный период этим летом. И много вещей говорили о том, что я скорее проиграю там в первом раунде, чем дойду до финала и одержу в нем победу. Но вот как вышло! Поймал хорошую форму, поймал свой темп, и по сути уничтожил соперников. Турнир действительно сложился удачно. Повезло еще в том, что не было сложных встреч. Когда приходилось бы вытаскивать трехсетовые матчи только на воле к победе. Ведь одной воли, к сожалению, часто недостаточно.

– Не обидно, что после победы пришлось сразу лететь в Нью-Йорк – и играть US Open?
– У меня и с первым титулом так было. Победил в Сиднее – и тут же начался чемпионат Австралии. Но, в принципе, что здесь такого? Выиграл – это приятно. Значит, не зря работал. Не зря работала и вся твоя команда. Но радуешься день – два, а потом все. Забываешь. Тренируешься дальше. Даже если не играешь турнир, работа продолжается. Так что обидно не было, нет.

– Но отпраздновать как-то успели?
– В тот же день, когда был финал, мы сразу полетели в Нью-Йорк. Мой тренер предложил – пойдем наверх, в ресторан, выпьем немного шампанского. Но я так устал, плюс были небольшие сложности с заселением в отеле, что сил не осталось. Сказал: «Нет, я спать».