Виктор Кровопусков: Бойкот Игр в Лос-Анджелесе был чудовищной ошибкой

- В среде фехтовальной общественности возникла идея дать турниру «Московская сабля» имя знаменитого фехтовальщика Михаила Бурцева. Поддерживаете эту идею?
- Миша был моим другом, и если есть возможность присвоить турниру его имя, я только «за».

- Вы же его победили в финале московской Олимпиады. Помните тот поединок?
- Начиная с 1976 года, мы с Мишей вместе тренировались в ЦСКА и сборной, на сборах жили в одной комнате. У нас не было друг от друга секретов. И так сложилась, что судьба свела нас в финале Олимпиады.

- Лучшего друга особенно не жалко побеждать?
- Какая может быть жалось, когда на кону олимпийское золото?! Это спорт. Перед финалом сказал: «Миш, уже как получится. Главное, что мы деремся за эту медаль».

- Что сказали после последнего укола?
- Столько лет прошло, разве можно такое помнить. Но с помоста мы ушли в обнимку. Понятно, что так могут уходить только друзья.

- В СССР повторяли как мантру: спорт вне политики. Но понятно, что политика превалировала: даешь 80 золотых медалей на Олимпиаде-80! Вы были среди тех, кто должен был завоевать золото. С вами на эту тему беседовали?
- Накачек не было. Наш тренер Марк Семенович Ракита сам участвовал в Олимпийских играх, он понимал, что мы осознаем ответственность.

Перед командным турниром проводятся бои, чтобы расставить сборные по местам в олимпийской сетке. Мы проиграли румынам, и тут же какой-то товарищ в костюме нам строго сказал: «Прекращайте валять дурака!» Я не знаю, кто это был, но товарищ серьезный.

- Сборная СССР план выполнила – ровно 80 золотых медалей. И две из них принесли вы, облегчили остальным олимпийцам задачу.
- Бросьте, я одну завоевал, вторую выиграла команда. И потом, я ведь коренной москвич, Олимпиада в Москве… Хотя, не любил дома драться. Не могу даже объяснить причину, но в Москве я почти не выигрывал. Например, ни разу не побеждал на «Московской сабле».

- Были на церемонии закрытия?
- Не помню, почему не пошел. Возможно, воспоминания о церемонии закрытия Олимпиады в Монреале повлияли. Очень долго там простояли в ожидании, тяжело это. Смотрел дома, по телевизору.

- Слеза навернулась, когда Мишка в небо улетел?
- Навернулась, все было очень трогательно. Возможно, почувствовал, что это моя последняя Олимпиада. В 80-м мне было 32 года, для фехтовальщика не возраст. Физические нагрузки не пугали, но психологически устаешь: на всех соревнованиях – надо, должен. Но все равно думал: через четыре года мне 36, отфехтую в Америке, и стану пятикратным олимпийским чемпионом.

- А может и шестикратным…
- В личном турнире на медаль не рассчитывал, но у нас была очень сильная команда, уверен, золото от нас никуда бы не делось. Но вот как все сложилось...

- Вас наградили Орденом Ленина за Олимпиаду. Церемония проходила в Кремле?
- В Кремле, но не помню, кто вручал. Знаю только - я единственный фехтовальщик, награжденный Орденом Ленина.

- Какие премии полагались за золотую медаль?
- Мне кажется, за индивидуальное золото полагалось 4 или 5 тысяч рублей и восемьдесят процентов от этой суммы за командное. Ну, еще талон на «Волгу» дали. Но я никогда не любил за рулем сидеть. Жена ездила на «Жигулях», которые я получил еще несколько лет назад.

Посоветовался со знающими людьми, они: «В салонах плохие машины, езжай прямо на завод в Горький». Кто-то мне протекцию составил, я туда позвонил, приехал. Думал, одним днем обернусь. А местные: «Не торопись, заселяйся в гостиницу, так дела не делаются».

Пришел, на заводе стоянка. «Выбирай, какую хочешь». Что выбирать, для меня они все одинаковые. Вечером в гостинице с горьковчанами обмыли покупку. Жена на этой «Волге» потом сына на хоккей возила.

- Зимой 1984 года на страницах «Советского спорта» развернулась бурная кампания по дискредитации Игр-84. Понимали, что дело идет к бойкоту?
- Понимал. А что мы могли сделать? Меня ведь в 1972-м не взяли на Игры в Мюнхен, хотя подходил по всем параметрам. В команде точно выступил бы. Наши в финале итальянцам проиграли. А я считался спецом по итальянцам, уничтожал их как класс. В Монреале в 1976-м и в Москве в 80-м именно итальянцев мы победили. Одну Олимпиаду пропустил, считаю несправедливо, теперь еще одну у меня отнимают.

- Письма поддержки бойкота известными спортсменами публиковались в больших количествах. К вам обращались?
- Не обращались. Конечно, нельзя подписывать такие письма, но знаете, какие тогда времена были? Настойчиво попросили бы…

- Как в команде восприняли бойкот?
- Как можно воспринимать, когда тебя Олимпиады лишают? Понимал, что это чудовищная ошибка, спортсмены стали жертвами игр политиков.

- В эрзацолимпиаде под названием «Дружба-84» участвовали?
- Конечно, фехтовальщики в Будапеште соревновались. Выиграли золото без проблем, но радости не было. Должны были в это время в Лос-Анджелесе побеждать, а не в Будапеште.

- После «Дружбы-84» вы не стали завершать карьеру. Почему?
- Специально остался еще на год, чтоб выиграть золото чемпионата мира. В год Олимпиады мировые первенства не проводились. Выиграл и в 1985-м завершил. Хотел на тренерскую работу перейти, но в ЦСКА не было вакансий. Мне предложили выступать за Южную группу войск. Штаб группы располагался в Будапеште. Но я там постоянно не жил, выезжал только в командировки на соревнования. А через полтора года в ЦСКА образовалась тренерская вакансия.

- Вы поработали тренером в нескольких странах. Первой была Турция. Как там оказались?
- Моя жена Марина Кирьякова - волейболистка ЦСКА, призер чемпионата Европы в составе сборной СССР. В 1990 году турецкий «Эмлакбанк» предложил ей контракт. В стране тогда все разваливалось, надо было соглашаться. Но Марина поставила условие: без меня не поедет. Что оставалось делать? Я уволился из армии в звании майора и поехал за женой.

- Клуб из Стамбула?
- В том и дело, что из Анкары. Хотя и в Стамбуле, чем заняться? Когда туристом приехал – одно, а когда там постоянно живешь. Решил я сходить в федерацию фехтования. Говорю: «Здравствуйте, я - Кровопусков». Они смотрят, плечами пожимают: мол, не знаем такого. Повторяю: «Я - Виктор Кровопусков, меня весь мира знает». Они: «Говорите, знаменитый фехтовальщик? А вы были чемпионом мира?»

Смотрю, у них буклет лежит, который международная федерация ко всем мировым первенствам выпускает. Нашел себя, обвел. Тут они прониклись. Заключил контракт с федерацией. Дали мне тренировать спортсменов из местного клуба.

На чемпионате Турции мои ребята заняли весь пьедестал. Представители других клубов возмутились: мол, раз у него контакт с федерацией, пусть ездит по городам и тренирует другие команды.

- Согласились?
- Да ну что вы – кататься по городам, жить там неделями! Говорю им: «Так не делается. Организуйте централизованные сборы, и тогда буду работать со всеми». Ответили, что денег на сборы нет.

- Зарабатывали больше жены?
- Ну какие тогда зарплаты у волейболисток были? Марина вообще уехала на 500 долларов, затем ей подняли до тысячи двухсот. В федерации мне такую же зарплату положили. Но Марина сезон отыграла и контакт закончился, еще год жили на мою зарплату.

- Жилье вам снимали?
- Клуб снимал квартиру для своих нужд, Марине там выделили комнату. В другой девочка-волейболистка жила.

Я же не сразу приехал. А когда приехал, возмутился: не дело жить в одной квартире с чужими людьми. Марина пошла в клуб: мол, муж приехал, нужна квартира. Турки отвечают: «Надо было сразу говорить. Зачем ты на комнату согласилась? Ничем помочь не можем». Нашел квартиру в нашем торгпредстве, перебрались туда.

- Как оказались в Иране?
- Это уже после Турции несколько лет прошло. Из Ирана вернулся наш тренер, он и предложил. Что не поехать? Новые впечатления, интересная страна.

- Портреты аятолл на зданиях, алкоголь под строгим запретом. Не страшно было ехать?
- В двухтысячных режим уже был помягче. И потом, я не туристом приехал: тренер федерации, уважаемый специалист.

- Первые впечатление самые яркие. Что поразило?
- Когда у одной девочки платок с головы упал в аэропорту. Все окружающие на нее зашикали. Когда в Тегеран летишь, за час до прилета в самолете в туалет не попадешь. Иранки макияж смывают, черные платки надевают. И сидят, как мышки, в платочках.

Я в один из первых дней вышел в магазин в шортах и в майке без рукавов. Жара - за тридцать. Ну какие брюки? Смотрю, на меня пальцами показывают, что-то говорят. Хотя до магазина метров сто. Потом мне объяснили, что в таком виде ходить нельзя. Майка должна быть с рукавами, а шорты ниже колен.

- Какие еще были истории?
- Сын как-то прилетел в гости. Прямо со свадьбы друга, еще не совсем отошел. Жду в аэропорту, я его все нет. Пошел выяснять, а его не пропускают.

«Это мой сын, пропустите». – «А ты кто такой?!». Объяснил, что я тренер сборной Ирана. Спросили, где живу. Услышали, что на российской территории: «Сажай его в такси и вези к себе. В городе из машины не выходить».

- Квартира достойная?
- Жилье снял в торгпредстве, это охраняемая территория. Там было две свободные квартиры. Одна после ремонта, вторая - убитая. Мы с тренером по шпаге решили разыграть. Мне досталась та, что после ремонта. Хотя выглядела она тоже не очень. Я поменял занавески, шторы, палас постелил.

- Иранцы достойный оклад положили?
- Вначале - 1200 долларов, но я был на полном обеспечении. Меня поселили в гостинице, там же питался. Ну, как постоянно жить в гостинице? Оставалось вечерами валяться на кровати и смотреть три программы иранского телевидения. Я ведь сдуру даже видик не взял. Через месяц стал с ума сходить. Решил из гостиницы съехать.

Спрашиваю: «Во сколько я вам обхожусь?» - Они: «Сто долларов в день». – «Ну вот доплатите мне эту разницу, я сам будут питаться и за жилье платить».

Ответили, что не могут столько платить, добавили 300 долларов и все. Квартира в торгпредстве в сто с небольшим долларов обошлась.

- Все равно – тяжело. В нормальной стране вечером можно в ресторан сходить, покушать, пива выпить. А в Иране куда пойдешь?
- Пиво в магазинах есть – но безалкогольное. Мне потом объяснили, что иностранцы спирт в аптеках покупают. Есть такие специальные аптеки. Иранцам там спирт не продают.

- Спиртное с собой даже иностранцу привозить запрещено?
- Я привозил в бутылках из-под кока-колы. А раз прямо в бутылке водку вез. Заставили вылить в туалете. Один из таможенников со мной пошел, чтоб не отпил.

Как-то возвращались с престижного регионального турнира. Удачно там выступили. Ребята с собой прикупили, перелили в бутылки из-под колы, но боялись, что найдут. «Вы первым идите, мы за вами». - «Так, парни, вы же чемпионы! Медали наденьте».

Так и сделали. Я первый пошел, таможенники: «О, наши герои приехали». Не стали даже досматривать. Спортсмены за мной проскочили.

- Как вас в Японию занесло?
- У меня контракт с иранской федерацией был до Азиатских игр. Проходили они в Катаре. В полуфинале командного турнира одного моего парня дисквалифицировали – дали черную карточку.

У его соперника поводок оборвался, который маску с курткой соединяет. Он в маску раз попал, другой, а лампочка не горит. И парень психанул: сорвал маску и с ноги засадил под потолок, как футбольный вратарь. Эх, могли золото выиграть, подвел команду.

- Парня наказали?
- После соревнований помчался в гостиницу, хотел ему всыпать. Где там - они уже вещи собрали и уехали. Я в Тегеран не полетел, контракт заканчивался, отправился оттуда в Москву.

Так вот, в сборной Японии работал специалист из Киева. Сказал, что японцы ищут тренера по сабле.

- Долго там проработали?
- В общей сложности года полтора, но в начале японцы предложили контракт на два месяца, до чемпионата мира. А чемпионат проходил в Санкт-Петербурге. После чемпионата японцы звонят: «Продлеваем контракт, иди в посольство, оформляй визу».

Японцы очень неохотно дают визы. Прихожу – женщина выходит из кабинета, возмущается: «Сказали, что через три недели будет готова. Я у меня командировка начинается».

Думаю – отлично! Куда мне спешить? Дома поживу, а контракт уже идет. Японцы, когда звонили, спросили: «Нам в посольство позвонить, чтоб ускорили?». – «Не надо, я сам».

Захожу на собеседование. Спрашивают: «Цель поездки?» Объяснил, что еду тренировать их сборную. «Завтра виза будет готова».

Думаю – елки-палки, побыл дома... Визу дали однократную, выехать из Японии по ней можно только один раз. Поэтому сидел больше года там безвылазно, никто ко мне в гости не приезжал. Команда уезжает на соревнования за границу, а я маюсь.

- Квартирки в Японии тесные?
- Я в гостинице жил при токийском институте физкультуры. На третьем этаже гостиница, на втором тренировочный зал, на пятом – столовая. Все здесь – никуда выходить и не нужно. Только через два месяца на главную улицу Токио Гинзу выбрался, когда мои ребята уехали на соревнования.

Но скучать мне особо не давали. Сборники уехали, японцы говорят: «Ты чего без дела сидишь? Так не пойдет – давай, тренируй студентов». Пытался им объяснить, что с перворазрядниками не работаю. Но где там: мы платим деньги – вперед.

- К какой Олимпиаде готовили японцев?
- К пекинской, но контракт был почему-то рассчитан до олимпийского отборочного турнира. Идиотизм! Нигде такого не видел. Тренер готовит команду к Олимпиаде, но на Игры не едет.

Отбор проходил в Куала-Лумпуре, завоевали олимпийские лицензии, и прямо оттуда я отправился домой.

- Как живет такой заслуженный пенсионер, как вы? Хватает ли пенсии четырехкратного олимпийского чемпиона?
- У четырехкратного олимпийского чемпиона пенсия такая же, как и у однократного. Плюс еще получаю трудовую пенсию, но она небольшая. Вместо нее мог получать военную, но я же в 1990-м уволился, за женой в Турцию поехал. Вот пару лет стажа и не хватило.

Как живу? Нормально - при деле, работаю. Грех жаловаться.

Родился 29 сентября 1948 года в Москве.
Четырехкратный олимпийский чемпион, семикратный чемпион мира, призер чемпионатов мира.
Чемпион СССР, призер чемпионатов страны.
В 1979 году признан Международной федерацией фехтования лучшим саблистом мира.