Сергей Голиков: Вероятность созыва внеочередной конференции СБР – 90-95 процентов

– Принятое на предыдущем заседании Правления СБР решение о приостановлении ваших полномочий очевидно приведет к определенным трудностям в работе организации.
– На самом деле в СБР сложная ситуация уже давно – с осени прошлого года. А после Нового года она вообще стала критической. В январе пришлось даже пустить свои личные оборотные три миллиона на самые необходимые платежи и на то, чтобы заткнуть дыры по зарплате. Учитывая же, что спонсоры сейчас в принципе отсутствуют, в апреле выдавать людям зарплату просто нечем. При этом долгов по зарплате накопилось где-то на 4-5 миллионов рублей. Это не считая долгов по аренде, телефонной связи, поставщикам мы какие-то деньги тоже должны - около двух миллионов. Не считая серьезной суммы, которую мы должны IBU, сейчас у нас долгов где-то на 7-8 миллионов.

– Сколько СБР должен IBU?
– Около 350 тысяч евро, и вряд ли IBU откажется от этих претензий. Переговоры надо было вести раньше, пытаться как-то исправить ситуацию, а сейчас поезд уже ушел. Что касается счетов СБР, то на них – нули.

– В письме ветеранов биатлона указывалось, некоторые работники СБР вносили свои личные средства, чтобы поддерживать работу федерации.
– Да, такое практиковалось. Точные суммы назвать не могу, но вот последний пример, когда СБР сделал подарок Анастасии Халиуллиной (первому тренеру Александра Логинова. – Прим ред.): мы с Алексеем Нуждовым скинулись где-то по 600 тысяч, чтобы приобрести ей автомобиль. Господин Драчев тогда неожиданно вышел на авансцену – был в первых рядах, выложил фото в инстаграме, хотя никакого финансового участия в организации не принимал.

Были и другие случаи. Например, осенью прошлого года мы с Алексеем Викторовичем финансировали закупку патронов для сборной. Дали где-то по миллиону. Про три миллиона оборотных средств я уже говорил. Плюс по взаиморасчетам с Минспорта я дал некоторую сумму – порядка 12-15 тысяч евро, это деньги на пребывание нашей команы на сборах, на этапах Кубка мира.

– Насколько велика вероятность, что в связи с этими и другими проблемами Правление 20 апреля примет решение созвать внеочередную отчетно-выборную конференцию?
– Есть несколько вариантов: созыв конференции по требованию половины членов федерации, это то, чем я сейчас занимаюсь, по требованию контрольно-ревизионной комиссии и, наконец, по решению Правления. По моей информации, Правление собирается в понедельник поставить вопрос о проведении внеочередной конференции СБР. Как члены Правления проголосуют, так и будет, позиция президента федерации тут никакой роли не играет. Думаю, вероятность такого развития событий очень велика – процентов 90-95, но наилучшим вариантом для федерации, чтобы сохранить порядок и спокойствие, была бы добровольная отставка нынешнего президента.

– Что будет, если Владимир Драчев все-таки не согласится с решением Правления?
– Правление все равно примет решение о проведении конференции. На то время, что потребуется для ее созыва, он останется президентом, правда, непонятно, кем и чем он будет руководить. Кстати, до конференции и Правление может подать в отставку.

– Не будет ли это означать полный коллапс в работе федерации? А как же сборы, они будут сорваны?
– Дело в том, что из-за коронавируса сейчас проведение каких-то централизованных сборов невозможно. Спортсмены находятся на самоподготовке и работают по планам личных тренеров. Тут мало что поменяется. Остаются организационные вопросы с утверждением главного и старших тренеров сборных. Эти решения принимает Правление. Время для этого есть – до 1 июня. За этот срок можно организовать проведение внеочередной конференции. Если же очный вариант будет все еще нереализуем, возможен вариант проведения видеокоонференции.