Сергей Чепиков: Встречу Фуркада – поговорю с ним про Логинова

– Рупольдинг завалило снегом, а немецкие власти объявили в регионе чрезвычайное положение.
– Снег – это очень хорошо. Были времена, когда его в Рупольдинге катастрофически не хватало. Организаторы перенесли мужской спринт на четверг. Думаю, к этому времени погода будет оптимальная, трассу хорошо подготовят.

– Вчера вроде погода стала налаживать, а во вторник вместо трех поездов из городка Траумштайн в Рупольдинг ходил один. Да и к тому вместо четырех вагонов прицепили только два.
– Всякие бывают ситуации. Но информацию о переносе гонки дали вовремя. Хотя многие болельщики до Рупольдинга наверняка уже добрались. Я тоже собираюсь туда в субботу. Думаю, к четвергу трассу подготовят нормально.

Если снег прекратится – вообще никаких проблем. Современные снегоукладочные машины способны за два часа все спрессовать и подготовить великолепную лыжню. А на естественном снегу проще подобрать смазку и парафины.

– В Оберхофе с погодой не повезло…
– Но нам погода помогла, лыжи у наших спортсменов работали замечательно. Подготовка лыж – один из наших козырей, вкупе с хорошей стрельбой.

– В вашей карьере было такое, чтобы из-за погоды какие-то гонки переносили на понедельник?
– Такого не было. Но приходилось соревноваться в самых разных условиях. Помню, на одном этапе в Австрии шел очень сильный дождь. Ковриков тогда не было и на стрельбище приходилось ложиться прямо в лужу. А однажды на чемпионате мира в Раубичах под Минском, это было в 1990 году, провели только одну гонку. В этой единственной гонке первые четыре места заняли тогда еще советские биатлонисты: победил Валера Медведцев, я был вторым, Толя Жданович занял третье место, а четвертым финишировал Юра Кашкаров. Мы втроем отстреляли без промаха, Юра лишь один раз промахнулся.

– Были времена.
– Но сама атмосфера запомнилась. Чемпионат вызвал огромный интерес, вдоль трассы почти вплотную стояли тысячи болельщиков. Многие из них для разогрева перед гонкой изрядно приняли на грудь. Винный перегар буквально витал над трассой. Похоже, это был портвейн три семерки. 

– Так что с трассой стало?
– Пошел проливной дождь и весь снег смыло. Оставшиеся гонки перенесли в Контиолахти. Обидно, ведь мы были в отличной форме.

– Возвращаясь в Оберхоф, это прорыв, или рано говорить в прорывах?
– Нужно трезво оценивать ситуацию. Как я уже говорил выше, погода нам помогла, плюс братья Бе решили отдохнуть, не выступили в эстафете. Но, что порадовало, кроме результата, сплоченность команды. Девчонки пришли поболеть за ребят, хотя должны были отдыхать после тяжелой гонки.

– Наши биатлонисты подняли планку, теперь болельщики даже бронзе будет не сильно рады.
– Не думаю, что в Рупольдинге следует ждать такого же, как в Оберхофе. Там будут выше скорости, легче подъем к огневому рубежу, в чем в Оберхофе. Скорострельность и точность стрельбы будет выше. Однозначно не будет таких больших разрывов в результатах, как было у Логинова в эстафете.

Что касается планки, то открою небольшой секрет: в этом сезоне мы хотим максимально проверить, как можно больше спортсменов. Посмотреть наши ближайшие резервы. И главная задача – подготовка к чемпионату мира. Ради этого наши ведущие спортсмены пропустят американские этапы.

– Какой-то секретный медальный план на каждый этап существует?
– Секретный план? Нет, конечно, – смеется Сергей. – Это не профессионально строить такие планы. Задача нашего тренерского штаба подводить спортсменов на хорошем функциональном уровне к стартам. А уж какие места они займут, зависит от множества причин, в том числе от разных случайностей. Это в советские времена существовал медальный план.

Считаю спорт одним из видов искусства. Как можно перед композитором ставить задачу написать к условному первому мая гениальную кантату? Или художнику к какому-то юбилею – десять картин? 

– Еще одна проблема возникла в Оберхофе – психологическая атака на Логинова со стороны Мартена Фуркада и не только. Как себя вести нашему биатлонисту в этой ситуации? 
– Александр достаточно сдержанно себя ведет. Фуркад и Самуэльссон поступают не спортивно, и, я бы сказал, не по-мужски. Есть международные правила, за нарушения положена двухлетняя дисквалификация, Саша ее отбыл. Какие к нему могут быть претензии? Не нравится – меняйте правила, требуйте пятилетней или пожизненной дисквалификации. 

– Логинов производит впечатление довольно закрытого человека. Это так?
– Да, закрытый, и это правильно для спортсмена. Саша не расплескивает эмоции, не активен в соцсетях. Это способствует более высокой концентрации. Думаю, он все правильно делает.

– Мы отправляетесь в Рупольдинг. Можете на правах легенды биатлона подойти к Фуркаду и сказать: «Мартен, зачем ты это делаешь?»
– Во время этапов не принято так себя вести, отвлекать спортсменов разговорами. Да и с Фуркадом мы не пересекаемся, у нас нет доступа в зону для спортсменов. Специально его где-то караулить – не считаю это правильным. Хотя, если подвернется такая возможность, можно и поговорить.

– Перед этапом в Рупольдинге в сборной России произошла одна замена: вместо Валерии Васнецовой в главную команду вызвана Анастасия Морозова. Причины?
– Как я уже говорил, в этом сезоне мы поставили задачу проверить, как можно больше спортсменов на стартах Кубка мира. Нам нужно понять, кто по своему потенциалу способен бороться за места в первой мировой десятке.

Васнецова не очень удачно выступила в Оберхофе, а Морозова хорошо себя проявила на Кубке IBU. Поэтому произошла ротация.

– Семен Сучилов тоже неудачно выступил, правда, в одной гонке. Но его оставили.
– Для Семена это был первый старт на таком уровне. Адреналин через край, излишнее волнение. Нельзя из-за одной неудачи убирать человека из первой команды.

Расскажу на своем примере. Я дебютировал на взрослом уровне, причем сразу на Олимпиаде в Калгари. Всю ночь перед гонкой не спал. Вышел на старт, руки-ноги ватные. Ходом сильно проигрываю, думаю: «Очень важно хорошо отстрелять». Получилось – сделал один промах, что позволило занять пятое место. На спринтерскую гонку вышел уже более спокойным и завоевал бронзовую медаль.