Сергей Шубенков: Молодым спортсменам можно уезжать из России

– Несколько дней назад появилось открытое письмо Владимиру Путину, которое подписали вы, Мария Кучина (выступающая сейчас под фамилией Ласицкене) и Анжелика Сидорова. Я честно признаюсь: всегда следил за этими коллективными заявлениями наших лидеров. Но если первые из них вызывали сочувствие, симпатию и чуть ли не эффект разорвавшейся бомбы, то теперь все чаще приходится сталкиваться к иным чувством – раздражением. В воздухе витает вопрос: раз за столько лет ничего не поменяли в России, почему бы вам самим не сменить спортивное гражданство?
– Пора валить, считаете?

– Я так не говорил.
– У меня еще не самая тяжелая ситуация. Пока вы задавали вопрос, я вспомнил – несколько человек в последние годы, когда уже шла эта история (с дисквалификацией ВФЛА. – Прим. ред.), сменили гражданство… на российское. То есть, сами пришли в нашу федерацию. И после этого попали под санкции! Вот им, наверное, совсем обидно. А если говорить обо мне… Так просто ничего не сделаешь. Процедура смены спортивного гражданства занимает три года. И эти три года я не мог бы нигде выступать.

– Но прошло уже больше времени. Пять лет история тянется, а проблемы не могут решить. Отмотав назад, была бы возможность вернуться в 2015 год, поступили бы по-другому?
– Иногда думаешь – надо было. Но потом, когда все взвесишь… Вот у меня (показывает позади себя. – Прим. ред.) две фигурки бриллиантовые – 2017 и 2018 годы. Это «Бриллиантовая лига» – вот этого у меня не было бы. Или два чемпионата мира – медалей 2017 и 2019 года у меня тоже не было бы. Очень сложно в мире, где так все резко меняется, планы выстраивать: я ориентировался на Олимпийские игры-2020 в Токио, а их нет. Теперь ориентируешься на 2021 год, но ведь тоже ничего не понятно: будут они или нет, а если будут, то много разговоров о том, что пройдут они по сокращенной программе. И не очень понятно, что именно сократят.

Но это что касается меня самого... Я уже много лет отвыступал все-таки. А вот молодым… Молодым можно пытаться уезжать. Даже допуск для выступлений под нейтральным статусом получить сложно, к тому же он стал платным.

– В финансовом плане за это время много потеряли? Спонсоры не разбежались?
– Те, которые у меня были – нет. Они от меня не отвернулись. Но тут какая ситуация: те, кто был, не ушли, но те, кто мог присоединиться – приходить не стали. Один небольшой контракт был, уже почти согласованный, но когда санкции ввели, все сорвалось.

– Большая сумма была?
– Ну раз мы тогда ничего не пописали, сказать можно: 10 тысяч евро.

– Не так много.
– Ну, мы не футболисты. В легкой атлетике не такие большие доходы. Однако курочка по зернышку, как говорится.

– Что думаете о новом руководстве федерации?
– Разочарован. Ничего не понимаю. Не понимаю, что Юрченко сделал за четыре месяца на посту президента. Одна вещь положительная была – письмо с принятием обвинений. Это было правильно – это было хорошо воспринято всеми. Дальше он должен был искать деньги – потерпел неудачу. Так что можно сказать – с работой своей не справляется. Если его предшественник, Дмитрий Шляхтин, рассорился только с одной ведущей спортсменкой, то Юрченко – уже с тремя легкоатлетами. И что происходит внутри федерации, мне не очень понятно.

– А почему вчера в отставку с поста вице-президента Эдуарда Безуглова отправили? Я у всех уточняю детали – все молчат.
– За то, что хоть какую-то информацию сообщал о происходящем внутри. За это и убрали.

– Новый виток скандала начался с «дела Лысенко». Вы с Данилом сейчас общаетесь?
– Не общаемся. В самом начале истории видел его несколько раз в Новогорске, но не более того.

– Обида внутренняя есть на него? Ведь сейчас новый виток проблем у вас лично – из-за него во многом.
– А я не знаю, кто тут злодей. Он? Или семь человек из федерации? И вообще, не верю, что все семеро в равной степени виновны.

– Именно сегодня, 1 июля, ВФЛА должна занести в World Athletics пять миллионов долларов штрафа. Две недели назад Юрченко сказал, что денег нет. После вашего письма Путину появилась информация, что средства вроде как нашлись. Но не очень понятна сама сумма штрафа – пять или десять миллионов? Потом стали говорить, что и вовсе 11,6 миллиона.
– Правда – именно 11,6. Из них десять – платишь. Если все выполняешь, если вопросов нет, то пять потом вернутся назад. А еще 1,6 миллиона – это затраты, понесенные на расследования.